Как вернуть вещи, изъятые в связи со статьей 228 УК?

Каков порядок и сроки возвращения изъятых в ходе производства следствия предметов, основания, по которым указанные предметы хранятся при уголовном деле?

Как вернуть вещи, изъятые в связи со статьей 228 УК?

В настоящее время увеличилось количество обращений граждан, поступающих в прокуратуру по вопросам возвращения владельцам предметов, изъятых в ходе проведения первоначальных следственных действий на стадии доследственной проверки, а также изъятых в ходе производства предварительного следствия.

Согласно ст.

82 УПК РФ, вещественные доказательства должны храниться при уголовном деле до вступления приговора в законную силу либо до истечения срока обжалования постановления или определения о прекращении уголовного дела и передаваться вместе с уголовным делом, за исключением случаев, предусмотренных настоящей статьей. В случае, когда спор о праве на имущество, являющееся вещественным доказательством, подлежит разрешению в порядке гражданского судопроизводства, вещественное доказательство хранится до вступления в силу решения суда.

Указанной статьей регламентируется порядок хранения изъятых в ходе проведения первоначальных следственных действий, в ходе производства предварительного следствия, предметов.

Данная норма подразумевает, что изъятые объекты, имеющие значение по уголовному делу и признанные вещественными доказательствами хранятся у лица, осуществляющего предварительное следствие, либо у судьи (председателя суда) до того момента, пока по уголовному делу не будет принято соответствующее решение.

В отдельных случаях, предусмотренных статьей 82 УПК РФ: предметы, которые в силу громоздкости или иных причин не могут храниться при уголовном деле, в том числе большие партии товаров, хранение которых затруднено или издержки по обеспечению специальных условий хранения которых соизмеримы с их стоимость;

скоропортящиеся товары и продукции, а также подвергающиеся быстрому моральному старению имущество, хранение которого затруднено или издержки по обеспечению специальных условий хранения которого соизмеримы с их стоимостью;

деньги и ценности, изъятые при производстве следственных действий, после их осмотра и производства других необходимых следственных действий — возвращаются их законному владельцу после осмотра и производства других необходимых следственных действий, если это возможно без ущерба для доказывания.

Соответственно вещественные доказательства могут быть возвращены их владельцам и до завершения производства по уголовному делу.

Такое возвращение возможно в ситуациях, когда собственник вещественного доказательства очевиден, принадлежность вещи бесспорна, свою роль в доказывании она либо уже сыграла, либо тщательный осмотр и фотографирование делают ненужным дальнейшее удержание вещи в распоряжении органа расследования или суда.

Возвращение в подобных случаях, например, похищенных вещей или угнанного автомобиля потерпевшему является правильным. Если же принадлежность вещи спорна, ее возвращение до разрешения дела по существу исключено, поскольку речь идет о спорном праве собственности.

При этом возвращение владельцу изъятого органом расследования имущества, приобщенного к уголовному делу в качестве вещественного доказательства, означает, что получившее данное имущество лицо по отношению к нему восстанавливается во всех своих прежних правомочиях собственника, арендатора и т. п.

От возвращения вещественных доказательств следует отличать их передачу владельцу на ответственное хранение, когда владелец — хранитель не вправе ни пользоваться, ни распоряжаться принадлежащим ему хранимым имуществом, поскольку у него появляется дополнительная обязанность по обеспечению сохранности переданного ему на хранение имущества.

Срок возвращения предметов их владельцам не определен в уголовно — процессуальном законодательстве, однако исходя из смыла содержания статьи, лица, ответственные за вещественные доказательства, могут возвратить изъятые предметы их владельцам как только, сведения об указанных предметах будут закреплены в материалах уголовного дела, и необходимость нахождения предметов при деле будет исчерпана (то есть все действия, которые нужно было произвести с указанным предметом: опознание, экспертиза и т. д. будут проведены), что и подразумевается формулировкой законодателя без ущерба для доказывания.

Стоит обратить внимание на то, что ответственным за сохранность вещественных доказательств, приобщенных к делу, является лицо, ведущее следствие или дознание, а в суде — судья или председатель суда, соответственно только перечисленные лица правомочны решать вопрос о возвращении вещественных доказательств их владельцу.

Кроме того, статья 82 УПК РФ определяет обязательный для правоохранительных органов порядок передачи вещественных доказательств из одного органа в другой, от органа дознания следователю, в прокуратуру, суд, заключающийся в том, что изъятые по делу предметы должны быть переданы вместе с материалами уголовного дела, при этом сведения о передаче должны отражаться в сопроводительном письме.

При возвращении предметов их владельцам, дознавателем, следователем, а также судьей приобщается к материалам уголовного дела документ, подтверждающий данный факт, таковым документом может являться расписка владельца, которому возвращены изъятые объекты.

Источник: https://pravo163.ru/kakov-poryadok-i-sroki-vozvrashheniya-izyatyx-v-xode-proizvodstva-sledstviya-predmetov-osnovaniya-po-kotorym-ukazannye-predmety-xranyatsya-pri-ugolovnom-dele/

МОСКВА, 21 авг — РИА Новости, Лариса Жукова. Около 650 тысяч россиян отбывают наказание в местах лишения свободы — по этому показателю наша страна занимает второе место в мире после США.

Несмотря на это российская пенитенциарная система остается довольно закрытой: о жизни заключенных известно не так много.

Корреспондент РИА Новости записала монолог одного из арестантов — автора Telegram-канала “Подвал”, пожелавшего остаться анонимным.

О лагере

Я еще очень молод. Обычный парень из типичной семьи, учился на инженера в техникуме, оставался год. Почти сразу как появилась “возможность” сесть в тюрьму на строгий режим, я тут же ей “воспользовался”.  Наказание отбываю недалеко от Москвы. Без разницы, как меня называют, — “заключенный”, “зэк”, “арестант”. Ничего не меняется: как сидел, так и сижу.

Моя история связана с неосмотрительностью, даже глупостью. Без наркотиков она не обошлась. Почти половина заключенных — со статьей 228 УК РФ (“Незаконные приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов”. — Прим. ред.). Недаром ее называют “народной”. Вместо того чтобы лечить наркоманов, лишают свободы на долгие годы.

Лагеря делятся на “красные” и “черные”. В “красных” власть — в руках администрации: телефоны и “вольные” вещи разрешены только “приближенным”. Там практикуют бессмысленное насилие: например, к лому приваривают канализационный люк, чтобы получилась своеобразная лопата, и отправляют “ловить снежинки”.

В “черных”, помимо администрации, есть “блатные”. Можно найти все: телефоны, игровые приставки, ноутбуки, алкоголь и даже наркотики. Около пяти лет наш лагерь был таким. Большая часть зоны не посещала столовую: каждый день жарили шашлыки, ходили где угодно, словом, “брод-ход”. Был и отдельный барак, где гнали самогон.

Но после смены руководства пошло “закручивание гаек”. Среди сотрудников уволили всех, кто когда-то имел даже условную судимость. Стал приезжать ОМОН. Везде поставили камеры видеонаблюдения.

Ручную кладь запретили — выдают прозрачные сумки. За алкоголь можно попасть в изолятор на 150 дней, а за наркотики — на 300 с возможностью увеличения срока.

Мы перестали ходить в одиночку и без “мойки” (лезвия от бритвенного станка).

В тюрьме сидеть не так дешево, как кажется на первый взгляд. Во-первых, услуги адвоката: от 500 рублей до нескольких миллионов. Во-вторых, посылки и передачи: каждые два месяца — по пять тысяч минимум без учета стоимости сигарет. В-третьих, нужно платить за длительные свидания. В-четвертых — расходы на улучшение жилищных условий.

У каждого заключенного свой счет в бухгалтерии, который “путешествует” вместе с личным делом.

Туда приходят пенсии, зарплаты и переводы от друзей и родственников, его используют для покупок в местном магазине и оплаты штрафов за нарушения. Ограничение — девять с половиной тысяч рублей в месяц.

Иногда оплачивают услуги фотографа, чтобы отправить снимки родным: обычно снимают около церкви, это самое красивое место в лагере.

В бараках постоянно тратятся на уборку и чай, конфеты и сигареты для тех страдальцев, которые попадают в карантин, изолятор или больницу.

Поэтому здесь своя “налоговая система”: скидываемся каждый месяц в общий мешок, который находится в “блатном” углу в каждом бараке. Сумма устанавливается индивидуально в первую неделю. Обычно это тысяча рублей.

С мелких наркоторговцев берут около трех тысяч. Те, кто попал за изнасилование, доплачивают больше, чтобы их не трогали.

Есть и “добровольно-принудительные” сборы: за провоз запрещенных вещей и за мобильную связь с тех, у кого есть телефон, — по 500 рублей.

Большая часть переводов проходит  через интернет-кошельки, которые есть почти у каждого: достаточно мобильного номера. Криптовалюта не используется — слишком сложно. Порой суммы отправляют в тюрьмы для особо опасных преступников, например во Владимирский централ.

Сам телефон — отдельная статья расходов. Он попадает тремя путями: через сотрудников, заезжающие машины и “вбросы”, поэтому стоит в два раза дороже, чем на свободе. Охота за средствами связи ведется всегда.

За телефон можно не только лишиться крупных сумм с интернет-счета, привязанного к номеру, но и попасть в изолятор на 15 суток и получить статус “злостного нарушителя” — до восьми лет дополнительного надзора.

В почете различные умельцы. Одним заключенным нужны четки, нарды, шахматы, картины. Другим —  юридическая поддержка в написании апелляционных и кассационных жалоб. Третьим — ремонт телефона или зарядки. За все эти услуги заключенные готовы платить друг другу. Фиксированные цены не принято устанавливать, и каждый благодарит по-своему. 

Некоторые особо красноречивые находят “заочниц” — девушек, которые готовы их ждать и переводить им деньги. Удержать внимание, когда находишься за решеткой, — это талант, поэтому нельзя сказать, что это массовое явление. Были случаи и браков с новыми знакомыми на зоне. Когда два одиноких сердца находят друг друга, никакие заборы их не останавливают.

Отдельная золотая жила для общака — это игры. За каждую партию платят, вне зависимости от выигрыша или проигрыша, около 15 рублей. Чаще всего играют в кости, карты и нарды.  Шахматы и нарды разрешены, карты — нет, но их легко спрятать. Особо удачливые попадают на невезучих с деньгами, и их выигрыш может приблизиться к шестизначной сумме.

Я сам не играю: это не мое. Зарабатываю другими способами: пассивный доход от сделанных инвестиций составляет около десяти тысяч в месяц.  До изъятия телефона я пытался торговать на Форексе, но не успевал следить за всеми фундаментальными событиями и новостями и бросил. На бирже играть не получается: то нет нужной “свободной монеты”, то тормозит сайт, то нужна регистрация с фотографией. 

Сейчас осваиваю криптовалюты. Инвестирую в интересные и долгие проекты. Коплю на “подушку безопасности”, которая на свободе принесет больше пользы. Дохода от ведения блога у меня пока нет: читаемость нестабильная.

Единственное, что из тюремных стереотипов более-менее сохраняется, — касты. Это “блатные” (с привилегиями), “козы” (занимающие административные должности вроде библиотекаря и сотрудничающие с администрацией), “мужики” (обыкновенные заключенные), “шерсть” (обслуживающий персонал) и “петухи” (низшая каста).

В основном все они из неблагополучных семей и богом забытых мест, где молодежи нечем заняться. В отсутствие вариантов “выбиться в люди” употребляют алкоголь и наркотики, и это приводит к печальным последствиям.

Главный враг в тюрьме — это время. Его идеальный “убийца” — телефон с мобильным интернетом, окном в большой мир. Но после тотальных проверок телефоны изъяли, и жизнь на бараке стала монотонной.

Телевизор здесь работает весь день, но выбор скуден: в лучшем случае — десять каналов, чаще — три. В основном показывают новости. Многие стали заниматься спортом, кто-то пошел работать, чтобы скрасить свой досуг. Самый популярный вариант — промзона: денег не заработаешь, но килькой в банке чувствовать себя перестаешь.

Про побег мы не говорим. Здесь не считают “побегушников” героями —  героев в тюрьму не сажают. Тех, кто сбегает без причин и портит положение всего лагеря, могут вообще отправить к “петухам”. Хотя из лагеря сбежать несложно.

Но скрываться придется всю жизнь. В крупных городах лучше не появляться — технологии легко выдадут местоположение.  На побег за границу нужны деньги. А жить отшельником в лесу в надежде, что не обнаружат, значит не расслабляться ни на минуту: может развиться мания преследования.

В момент, когда мне на руки надели наручники, казалось, что это недоразумение, ведь такого не могло со мной произойти. Все планы на будущее, которые я строил еще несколько минут назад, кардинально изменились.

Сначала я цеплялся за последние нити: рассчитывал, что на первом суде отпустят под подписку или домашний арест. В СИЗО надеялся, что вердикт судьи будет в мою пользу, максимум дадут условный срок. Но, увы, оправдательных приговоров практически не бывает, и статья была тяжелой.

Я попал сюда по своей вине, за свою глупость. Но оказавшись здесь, узнал, какова моя настоящая цена в глазах окружения без “фантиков” в виде социального положения и хорошей работы. Я остался как будто голым. Из всех родственников и друзей остались всего несколько человек, которые до сих пор беспокоятся за меня и всячески поддерживают. Не знаю, что бы я без них делал.

Скорее всего, я не буду продолжать учебу. Во-первых, с судимостью могут не взять обратно, а во-вторых, радиотехника — не мое. Работу я хочу связать с информационными технологиями. Если получится, освою основы прямо здесь, в тюрьме. Благо пока есть возможность выхода в интернет.

Источник: https://ria.ru/20170821/1500655378.html

Порядок возврата вещественных доказательств по уголовному делу

Как вернуть вещи, изъятые в связи со статьей 228 УК?

Зачастую ко мне обращаются с вопросами о том, как возвратить имущество, вещи, изъятые сотрудниками правоохранительных органов в ходе следствия по уголовному делу.

Порядок хранения, учёта и возврата предметов, изъятых в ходе следственных действий, регламентирован ст. ст. 81, 82. УПК РФ.

Вещественные доказательства должны храниться при уголовном деле у лица, осуществляющего расследование, либо у судьи до вступления приговора в законную силу либо до истечения срока обжалования постановления или определения о прекращении уголовного дела и передаваться вместе с уголовным делом, за исключением случаев, предусмотренных указанными статьями.

При передаче уголовного дела от одного органа дознания другому или от одного следователя другому, а равно при направлении уголовного дела прокурору или в суд либо при передаче уголовного дела из одного суда в другой вещественные доказательства передаются вместе с уголовным делом.

Споры о принадлежности вещественных доказательств разрешаются в порядке гражданского судопроизводства. В случае, когда спор о праве на имущество, являющееся вещественным доказательством, подлежит разрешению в порядке гражданского судопроизводства, вещественное доказательство хранится до вступления в силу решения суда.

Понятие вещественных доказательств

Вещественные доказательства – это собранные в установленном законом порядке предметы, обладающие свойствами, способными устанавливать обстоятельства, имеющие значение для дела.

Вещественные доказательства являются одним из важнейших видов доказательств по уголовному делу.

Предметы, которые могут быть использованы в качестве вещественных доказательств по уголовному делу, осматриваются, признаются вещественными доказательствами и приобщаются к делу, о чём выносится постановление.

В соответствии с ч. 1 ст. 81 УПК РФ, вещественными доказательствами по уголовному делу признаются:

  • любые предметы, которые служили орудием, оборудованием или иными средствами совершения преступления или сохранили на себе следы преступления (например, холодное или огнестрельное оружие, одежда со следами крови, стакан с отпечатками пальцев, замок со следами взлома на двери квартиры, отмычки замков, приспособления для изготовления поддельных денежных знаков и др.);
  • любые предметы, на которые были направлены преступные действия (например, похищенный автомобиль, поддельный диплом и др.);
  • деньги, ценности и иное имущество, полученное в результате совершения преступления;
  • предметы и документы, которые могут служить средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела.

При вынесении приговора, а также определения или постановления о прекращении уголовного дела должен быть решён вопрос о судьбе вещественных доказательств.
При этом:

  • орудия преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации, или передаются в соответствующие учреждения или уничтожаются;
  • предметы, запрещённые к обращению, подлежат передаче в соответствующие учреждения или уничтожаются;
  • изъятые из незаконного оборота товары легкой промышленности подлежат уничтожению;
  • предметы, не представляющие никакой ценности и не истребованные стороной, подлежат уничтожению, а в случае ходатайства заинтересованных лиц или учреждений могут быть выданы им;
  • деньги, ценности и иное имущество, полученные в результате совершения преступления, и доходы от этого имущества возвращаются законному владельцу;
  • деньги, ценности и иное имущество, указанные в п. п. «а»-«в» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, подлежат конфискации (например, используемые или предназначенные для финансирования терроризма, экстремистской деятельности, организованной группы, незаконного вооружённого формирования, преступного сообщества);
  • документы, являющиеся вещественными доказательствами, остаются при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего либо передаются заинтересованным лицам и учреждениям;
  • остальные предметы передаются законным владельцам, а при неустановлении последних переходят в собственность государства.

Изъятые в ходе досудебного производства, но не признанные вещественными доказательствами предметы, включая электронные носители информации, и документы подлежат возврату лицам, у которых они были изъяты. Документы могут содержать сведения, зафиксированные как в письменном, так и в ином виде. К ним могут относиться материалы фото- и киносъёмки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации. После производства следственных действий и в случае невозможности возврата законному владельцу изъятых у него электронных носителей информации, содержащаяся на этих носителях информация копируется и передаётся последнему, о чём составляется протокол. Лицами, которым могут быть переданы (возвращены) вещественные доказательства, являются законный владелец либо государство. Законным владельцем является тот, в чьём владении, пользовании или распоряжении вышеуказанное имущество находилось правомерно и выбыло вследствие совершённого преступления или в связи с уголовным делом. Для некоторых вещественных доказательств (например, громоздких предметов, больших партий товаров, скоропортящейся продукции, изъятых из незаконного оборота наркотических средств, алкогольной и спиртосодержащей продукции, денег, ценностей и др.) установлены особый порядок хранения, учёта и возможность их досрочной реализации или уничтожения и утилизации. Соответственно вещественные доказательства могут быть возвращены их владельцам и до завершения производства по уголовному делу. Это возможно когда собственник вещественного доказательства очевиден, принадлежность вещи бесспорна, свою роль в доказывании она уже сыграла либо тщательный осмотр и фотографирование делают ненужным дальнейшее удержание предмета в распоряжении органа расследования или суда. При возвращении предметов их владельцам, дознавателем, следователем, а также судьёй к материалам уголовного дела приобщается документ, подтверждающий данный факт, обычно это расписка владельца, которому возвращены изъятые предметы. Владелец возвращённого имущества восстанавливается во всех своих прежних правах собственника, арендатора и т.п. От возвращения вещественных доказательств следует отличать их передачу владельцу на ответственное хранение, когда ответственное лицо не вправе ни пользоваться, ни распоряжаться принадлежащим ему хранимым имуществом, поскольку он обязан обеспечить сохранность переданного ему на хранение имущества.

Срок возвращения предметов их владельцам законодательством не определён.

Ответственность за сохранность вещественных доказательств

Ответственность за сохранность вещественных доказательств, приобщённых к уголовному делу, несёт лицо, ведущее расследование, а в суде – судья или председатель суда.

Только указанные лица правомочны решать вопрос о возврате вещественных доказательств их владельцу.

В случае утраты или повреждения имущества, предмета, признанного вещественным доказательством и подлежащего возврату законному владельцу, орган власти, не обеспечивший его сохранность, несёт перед владельцем гражданско-правовую имущественную ответственность.

Для возврата изъятых предметов необходимо написать ходатайство о возврате вещественных доказательств из материалов уголовного дела на имя следователя или судьи. Данное ходатайство должно быть рассмотрено в трёхдневный срок. В случае отказа в возврате вещественных доказательств, лицо, подавшее ходатайство, вправе обжаловать принятое решение в установленном законом порядке.

Образец ходатайства о возврате вещественных доказательств из материалов уголовного дела в орган расследования

Следователю ОРПОТ Дзержинского района
СУ УМВД России по г. Перми
майору юстиции Петровой А.А.

обвиняемого

Иванова Ивана Ивановича,
**.**.1990 года рождения, уроженца г. Перми,
зарегистрированного и проживающего по адресу:
г. Пермь, ул. Тургенева, д. **, кв. **

ХОДАТАЙСТВО

О ВОЗВРАТЕ ВЕЩЕСТВЕННЫХ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ

ИЗ МАТЕРИАЛОВ УГОЛОВНОГО ДЕЛА

Источник: https://www.advokat-stupnikova.ru/chastyie-voprosyi/95-poryadok-vozvrata-veshhestvennyikh-dokazatelstv-po-ugolovnomu-delu.html

«Получается, любого могут закрыть?» Что не так со статьей 228 УК РФ и как ее нужно поменять

Как вернуть вещи, изъятые в связи со статьей 228 УК?

Временное уголовное преследование журналиста «Медузы» Ивана Голунова заставило публично заговорить о несовершенстве 228-й статьи («Незаконные приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов») и задуматься о количестве невинно осужденных людей. «Получается, таким образом любого могут закрыть?» — задались вопросом многие. Мы прочитали десятки мнений официальных лиц, экспертов и участников таких уголовных дел, чтобы обозначить изъяны и в законе, и в методах его исполнения.

  1. Статья — «народная». Ежегодно по этой статье осуждают около 130 тыс. человек. Минимум каждый четвертый заключенный в России сегодня отбывает наказание по 228-й.
  2. Весом наркотического вещества считается вес всей смеси, а не только действующего вещества. «То есть если человека задержали с сильно разбавленным наркотиком, он будет отвечать так же, как человек с аналогичным весом чистого действующего вещества. Такой подход делает составы преступления гораздо более тяжкими, чем они могли бы быть», — пояснил «Медузе» социолог Кирилл Титаев.
  3. Причин подбросить наркотики — много. Помимо разного рода корыстных целей, наркотики подбрасывают сами полицейские, чтобы выполнить план по выявлению преступлений. Или чтобы «закрыть» барыгу, за которым давно следили, но в момент задержания у него не оказалось при себе запрещенных веществ. В этом силовики подозревали, в частности, сотрудников «Города без наркотиков», объясняя обыски в фонде в 2012 году.
  4. Наркотики не только подбрасывают, но и ДОбрасывают. Постановлением правительства для каждого вида наркотиков установлен значительный, крупный и особо крупный размер. В зависимости от веса изъятого вещества подозреваемому может грозить до трех лет колонии, от трех до 10, либо от 10 до 15 лет. Сотрудники Европейского университета в исследовании 2017 года пришли к интересному выводу, что чаще всего сотрудники полиции изымают массу марихуаны, гашиша или героина, минимально необходимую для возбуждения уголовного дела. Что касается только героина, то люди, у которых его изъяли, гораздо чаще имели его при себе чуть больше, чем нужно для более тяжкого состава 228 УК РФ, и гораздо реже — чуть меньше. «При этом найти наркотики для подброса у полицейских не проблема — часто при задержании барыга успевает сбросить порошок и уходит от ответственности. Бывает и по-другому — на заведомо железных доказательствах достаточно изъять необходимый для тяжелой статьи минимум, а остальное отсыпать себе. Но товар в наличии, и когда нужно — его пускают в дело», — анонимно рассказал «Ленте.ру» капитан полиции.
  5. Доказать, что вы невиновны, очень сложно. Ивану Голунову повезло, что он журналист и его дело получило огласку. В целом же юристы констатируют, что у таких преступлений низкий стандарт доказывания преступлений. Проще говоря, для того чтобы предъявить обвинение по 228-й статье, достаточно показаний понятых и оперативников. Часто это подкрепляют чистосердечным признанием, которое задержанный дает в обмен, например, на более легкую квалификацию. Ситуация усугубляется тем, что на задержания полицейские часто возят «своих» понятых.

«Как будто они специально чаще носят с собой столько, чтобы в случае задержания получить более суровое наказание», — говорит об аномальных массах изъятых силовиками партий героина автор исследования Алексей Кнорре.

Сразу после освобождения Ивана Голунова из-под домашнего ареста о необходимости реформирования 228-й статьи публично заявил глава Счетной палаты Алексей Кудрин. Позже в Госдуме рассказали о готовящихся поправках в уголовную статью.

Они предусматривают смягчение наказания за хранение наркотиков без цели сбыта — то есть перевод таких преступлений из категории тяжких в категорию средней тяжести.

По мнению авторов законопроекта, поправки позволят уменьшить число сфальсифицированных уголовных дел.

Однако юристы считают, что изменение второй и третьей частей статьи 228 не исправит ситуацию.

Как реформировать 228 УК РФ:

  1. Изменить таблицу размеров, с которых наступает уголовная ответственность и с которых партия считается крупной. Наличие у подозреваемого одноразовой дозы наркотиков не должно относиться ни к крупному, ни к особо крупному размеру.

    (Например, крупный размер амфетамина, с которого начинается повышенная уголовная ответственность, начинается с одного грамма. При этом в незаконном обороте приобрести наркотики амфетамин меньше одного грамма нельзя).

  2. Декриминализировать наркотики, социальная опасность которых не доказана или невысока (природные производные канабинола и псилоцибинов).
  3. Усилить контроль со стороны надзирающих органов за уголовными делами, в которых вес изъятых наркотиков был пограничным с точки зрения квалификации преступления.

Читайте нас в соцсетях:

Источник: https://66.ru/news/society/222416/

Право-online
Добавить комментарий