Можно ли возобновить дело о ДТП пятилетней давности?

Дело о ДТП на Ленинском проспекте закрыто, но вопросы остались

Можно ли возобновить дело о ДТП пятилетней давности?

Контекст

Анатолий Барков намерен помогать дочери погибшей в ДТП на Ленинскомзапись момента перед ДТП на Ленинском проспектеВодитель Баркова не виноват в аварии на Ленинском – экспертизаОбжалованы действия следствия по делу о ДТП на Ленинском проспектеВ деле о ДТП на Ленинском проспекте появился новый потерпевший

Резонансное дело о ДТП на Ленинском проспекте закрыто. Вина за нарушение ПДД, повлекшее смерть человека, возложена на Ольгу Александрину. Вице-президент “Лукойла” Анатолий Барков признан пострадавшим. Однако на официальном сайте УВД Москвы выложены материалы расследования, которые позволяют усомниться в справедливости такого исхода дела.

Аркадий Смолин, обозреватель РАПСИ

Следствие пришло к выводу, что водитель “Ситроен С3” (Александрина) “совершила небезопасный маневр, в результате которого не справилась с управлением автомобиля, выехала на сторону встречного движения, где совершила столкновение с автомобилем марки “Мерседес S500″, который двигался по проезжей части Ленинского пр-та, со стороны Университетского пр-та в направлении Калужской площади”. В связи с гибелью обвиняемой уголовное дело прекращено.

Ознакомиться с материалами расследования можно на официальном сайте столичной милиции, чем очень недоволен адвокат “Лукойла” Гари Мирзоян. Он считает, что публикация таких материалов ставит под сомнение авторитет власти. Для убеждения населения в том, что расследование было проведено объективно и законно, должно быть достаточно одного заверения чиновника “такого ранга”, считает Мирзоян.

Свидетели

Причины недовольства адвоката “Лукойла” становятся более понятны, если внимательно изучить свидетельские показания, приобщенные к делу. Большая часть независимых (т.е.

не работающих в “Лукойле” или ГИБДД) свидетелей склоняется к тому, что “Мерседес” вполне мог выехать на встречную полосу.

Интересно, что все показания такого рода признаны некомпетентными по причинам разного рода, в то время как противоположные свидетельства почти не подвергаются критическому анализу.

Примером неадекватной оценки происшествия следствие считает, например, такое описание ДТП:

“Мерседес” двигался частично по разделительной полосе, а частично по встречной полосе, со скоростью около 50 км/ч. (…) Водитель “Мерседеса”, возможно увидев впереди «Джип», начал прижиматься правее, к разделительной полосе.

“Джип” тоже предпринял маневр правее, в соседнюю правую полосу, а водитель “Ситроена” не успел увидеть движущегося во встречном направлении “Мерседес” и произошло столкновение.

(…) …автомобиль “Мерседес-Бенц S500” прямолинейно отбросило назад и он остановился частично на встречной, частично на разделительной полосе».

Интересно, где же находился “Мерседес” до столкновения, если, даже после того как его отбросило назад, он частично остался на встречной полосе? Не угодило следователям и более скромное описание вины водителя Баркова.

“…”Мерседес-Бенц” резко начал движение и совершил маневр выезда на разделительную полосу.

Выехав на разделительную полосу “Мерседес-Бенц” резко ускоряясь, поехал прямолинейно вперед, при этом двигаясь частично по разделительной полосе, а частично по крайней левой полосе встречного направления движения. Когда “Мерседес-Бенц” проехал его машину и находился на уровне кузова N он услышал звук сильного удара”.

Зато никак не комментируются показания водителя “Мерседеса” и, собственно, Баркова. А жаль, у многих они вызывают серьезные вопросы. Так например, водитель, заявил, что “все произошло очень быстро и никаких мер по предотвращению столкновения и торможению, он предпринять не успел”.

В то же время Барков утверждает, что “в какой-то момент он услышал, как водитель и охранник закричали “держись”. Он переместился в центр салона, чтобы посмотреть в лобовое стекло, что происходит”. То есть, водитель не только успел оценить угрозу столкновения, но и предупредить пассажира, которому хватило времени воспринять сообщение и переместиться в салоне.

Почему при этом водитель “не успел”  предпринять мер по торможению – загадка.

В материалах следствия можно обнаружить и другие несоответствия в рассказах очевидцев: например, находилась ли в сознании пассажирка “Ситроена” (по одним данным она кричала, по другим – после аварии не выходила из обморочного состояния).

На наш взгляд, противоречия в показаниях свидетелей слишком очевидны и вопиющи для того, чтобы можно было составить окончательное суждение обо всех деталях происшествия. Закрытие дела в такой ситуации ставит вопрос об объективности расследования.

Мы подвергаем сомнению профессионализм следствия, однако не следует забывать, что данное дело вызвало повышенный интерес общественности, которое рассматривает его как важнейший прецедент. Прекращение его при таких сомнительных обстоятельствах может быть интерпретировано обществом как сигнал диктатуры чиновничьей власти и денег над законом.

Сегодня, когда готовится проект реформы милиции и продолжается модернизация судебной системы, такое неоднозначное решение может привести к потере доверия общества ко всем к государственным инициативам.

Направления дорасследования

О завершении следствия было заявлено до того, как был прокомментирован ряд важнейших вопросов, сформулированных общественностью сразу после ДТП.

Например, удивляет версия о заносе автомобиля Александриной из-за нешипованных покрышек. Не нужно быть экспертом, чтобы понять: вероятность столкновения лоб в лоб (эксперты установили, что угол столкновения почти 180 градусов) при заносе крайне невелика.

Скорее всего, если бы “Мерседес” находился на своей полосе, оно произошло бы под более острым углом.

Кто виновен в отсутствии приемлемой видеозаписи ДТП? Наконец, эксперты утверждают, что габариты машины вице-президента “Лукойла” не позволяют ей поместиться при маневре на разделительной полосе – он должен был выехать на встречную.

Конечно, нельзя априорно отрицать вину Александриной. Исходя из записи видеокамер, схемы расположения транспортных средств и показателей свидетелей, “Ситроен” никак нельзя назвать случайной жертвой ДТП.

Однако вина водителей столкнувшихся машин, скорее всего, обоюдная. Это вполне очевидная и, по утверждению неангажированных автоэкспертов, наиболее вероятная причина ДТП.

Однако же в материалах следствия обнаружить такую версию нам не удалось.

ДТП на Ленинском проспекте на данный момент уже не просто столкновение двух иномарок, а символ столкновения социального и правового неравенства. Поэтому от его результатов напрямую зависят такие категории, как вера в закон, честное дознание и справедливое возмездие. Возобновление следствия и признание обоюдной вины в таких условиях выглядит вопросом национальной безопасности.

Социальное столкновение

Вполне вероятным представляется продолжение этой истории по сценарию пятилетней давности, когда в августе 2005 года автомобиль алтайского губернатора Михаила Евдокимова, двигавшийся со скоростью около 150 км/ч, врезался в автомобиль железнодорожника Олега Щербинского.

Через полгода Щербинский был признан виновником ДТП, поскольку не уклонился от столкновения с губернатором. Однако приговор суда первой инстанции вызвал массовые протесты автомобилистов в 22 городах России.

В результате он был пересмотрен, Щербинского оправдали, а судью районного суда, вынесшую первый приговор, дисквалифицировали.

Нынешняя ситуация усугубляется предупредительными акциями «синих ведерок», которые сопровождали расследование этого дела. Они вполне могут оказаться пробным камнем, разведывающем перспективы агрессивного воздействия на власти с требованием пересмотра неэффективных законов и правил.

История показывает, что превалирование административного ресурса и финансовых механизмов над законами зачастую становится питательной почвой для роста реакционных настроений в обществе: слабость правил, установленных государством (в т.ч. правил дорожного движения), сигнализирует о слабости самого государства.

Если права всех автолюбителей на дороге не будут равными, то граждане вполне могут отказаться выполнять требования государства и в своей обыденной жизни.

https://www.youtube.com/watch?v=LZoM_FyCH6s

Критичность происшествия на Ленинском проспекте и реакции госорганов на него усугубляет исключительная простота разрешения проблемы.

Предотвратить эту трагедию, как 10% прочих аварий, происходящих по причине выезда на встречную полосу, можно, установив обычные отбойники – разделительные конструкции, которые стоят на большинстве европейских трасс.

Подобная инициатива депутатов Мосгордумы или Госдумы лучше всего свидетельствовала бы о социальной ответственности властей.

Есть множество механизмов, как сократить число ДТП, как установить “диктатуру закона” на российских дорогах, как заслужить кредит социального доверия, необходимый для проведения конструктивных реформ.

В цивилизованных странах принято взимать с водителей (несмотря на их социальный статус) значительные суммы штрафа не только за любое нарушение, но и в качестве компенсации пешеходу, случайно попавшему под колеса. В большинстве таких стран существует полоса для общественного транспорта, выехать на которую, даже минуя пробку, никому не приходит в голову.

Можно свести к минимуму число проблесковых маячков, можно установить перманентно действующие видеокамеры на всем протяжении шоссе, можно ужесточить контроль за сотрудниками ГИБДД…

Есть множество вариантов, необходимо выбрать такой из них, который не оставит никакой свободы водителям, никакой возможности нарушить правила даже по большой необходимости. Только полное уравнение в правах всех граждан России, всех автолюбителей путем жестких законов и неотвратимости наказания способно воспитать законопослушность.

Иначе в критический для государства момент социальное неравенство на дорогах может быть использовано дестабилизирующими элементами как символ несостоятельности властей, исповедующих принцип сегрегации общества. Со всеми вытекающими последствиями.

Источник: http://rapsinews.ru/incident_publication/20100907/250667564.html

Коллекторы начали выбивать долги, срок исковой давности которых прошел

Можно ли возобновить дело о ДТП пятилетней давности?

Новая и неприятная тенденция появилась в последние месяцы на рынке взыскания долгов с рядовых граждан – им стали приходить “письма счастья” от коллекторских фирм с, мягко говоря, странными требованиями – погасить некие долги, сделанные в конце 90-х или начале двухтысячных годов. Все долги копеечные, но коллекторы заявляют, что они долг купили, и совершенно серьезно грозят арестом имущества.

Именно такое письмо пришло на днях в село Нижняя Ярославка Тамбовской области. Некая коллекторская контора с пышным и претенциозным названием сообщала сельскому жителю Василию Ивановичу Половинкину, что она по закону купила его долг у “Ростелекома” в 300 рублей. Долг якобы появился в январе 2000 года.

Умножив долг на два, коллекторы написали Василию Ивановичу, что с него в их пользу – 600 рублей. Оплатить эту сумму потребовали в течение трех дней с момента получения письма.

И, ссылаясь на статью 139 Гражданского процессуального кодекса “Основания для обеспечения иска”, коллекторы заявили, что их фирма с почтовым адресом в Брянске, а местом нахождения в Москве “будет ходатайствовать перед судом о наложении ареста на имущество” Половинкина до вынесения решения по делу.

За долг застройщик выгнал семью на улицу без денег и документов

Василий Иванович не расстроился – он покоится на сельском кладбище уже почти пять лет. Его дети, отдав письма “Российской газете”, заверили, что у отца долгов нет и не было. А спустя 17 лет они не могут найти квитанции – столько лет бумаги не хранят дома.

Мы узаконили коллекторов, и они начали действовать – покупать по долги настоящие и мнимые. Срок исковой давности в нашей стране по закону – три года. Именно за этот период можно требовать вернуть долг, если, конечно, он есть.

Василий Иванович коллекторов не испугался и не расстроился: он покоится на сельском кладбище уже пять лет  Наталья Козлова

Общаться с журналистами на темы сроков давности коллекторы просто не желают. Все попытки “Российской газеты” связаться с генеральным директором коллекторской конторы гражданином В.И. Лысенко ни к чему не привели. Как в таких случаях поступать? И насколько серьезны угрозы ареста имущества за 300 рублей?

Прямая речь

Федор Куприянов, заслуженный адвокат России:

– Просроченная задолженность клиентов – физических лиц крупным рыночным игрокам, банкам, сотовым операторам, энергетическим компаниям – это неотъемлемая часть их баланса. Невзысканная задолженность просрочивших потребителей раскладывается ими на потребителей сегодняшних.

Чем больше потребителей попряталось, тем выше стали цены для добросовестных.

Покрыв таким образом основные убытки и не особенно рассчитывая на доход от работы с мелкими должниками, гиганты продают их долги за гроши коллекторам, так как просто “списать”, иначе говоря, простить долги физлиц коммерческие организации права не имеют.

Коллекторские агентства покупают долги граждан у крупных компаний, работающих с десятками тысяч физлиц, не поштучно, а большими “портфелями”.

При незначительных суммах каждого долга не только организации – первоначальные кредиторы, но и новые кредиторы – коллекторы не занимаются анализом каждого приобретенного долга, а действуют по шаблону.

Обычно рассылают требование с предложением погасить долг и набежавшие проценты под страхом судебного преследования.

Как взять кредит и не прогореть

При таком огульном подходе неизбежно возникают казусы. Рассылка по старым адресам, обращение к умершим гражданам, бесконечная путаница с именами, договорами и суммами.

Как же поступить, если вы получили предложение оплатить неизвестный вам долг, долг давно умершего родственника или долг, срок давности по которому – 3 года, давно истек?

Во всех случаях можно посоветовать ответить коллектору отказом в письменной форме, по возможности, заказным письмом. В кратком письме с названием “Отказ в удовлетворении претензии” необходимо изложить имеющиеся у вас законные основания для отказа. Маловероятно, что история после этого получит продолжение.

Но не ошибитесь! Посоветуйтесь с адвокатом. Обоснованную претензию лучше сразу оплатить. Иначе к сумме долга и растущих до момента взыскания процентов прибавятся судебные расходы.

Правда, поторопившись оплатить претензию, можно попасть в ловушку. Коллекторы имеют право сначала прислать претензию только по основному долгу, а после его добровольной оплаты им окажется значительно легче в судебном порядке взыскать набежавшие проценты или другие ваши долги тому же лицу. Надо детально разбираться в каждом “привете” от коллекторов.

По долгам умерших родственников отвечают только наследники, принявшие наследство, и только в размере суммы, не превышающей стоимости полученного ими имущества.

Обычно содержащаяся в письмах коллекторов угроза арестовать недвижимое имущество должника в порядке “обеспечения иска” в судебном порядке по незначительным суммам не более чем еще одна форма давления на должника. Для законного ареста имущества сумма долга должна быть сравнима со стоимостью квартиры или дома, на которую предполагается наложить арест.

Источник: https://rg.ru/2017/05/14/kollektory-nachali-vybivat-dolgi-srok-iskovoj-davnosti-kotoryh-proshel.html

Как вести себя на дороге, если видишь автомобиль с включённой сиреной

Можно ли возобновить дело о ДТП пятилетней давности?

Эксперт «МОЁ!» рассказал, как избежать ДТП со спецтранспортом и не стать без вины виноватым в случае, если оно случилось

В последнее время в Воронеже участились ДТП с участием автомобилей спецслужб. Только в январе в Воронежской области, по данным департамента здравоохранения, случилось 7 аварий с участием машин скорой помощи. За весь прошлый год таких ДТП было 42. При этом, по официальным данным, в 26 случаях скорую с включёнными спецсигналами другие водители попросту проигнорировали.

Как вести себя автомобилистам на дороге, если видишь автомобиль с включёнными спецсигналами? Как избежать ДТП со спецтранспортом и не стать без вины виноватым в случае, если оно случилось? Этой теме был посвящён очередной, 25-й выпуск программы «Право руля» с председателем Воронежского отделения «Комитета по защите прав автомобилистов» Николаем Киселёвым.

Конечно, нельзя умалять вину простых автомобилистов, которые иногда и впрямь ведут себя по-хамски по отношению к автомобилям с включёнными спецсигналами.

Особенно это касается скорой помощи (понятное дело, не пропустить автомобиль ДПС – себе дороже).

Порой автомобилисты не просто не уступают дорогу, но и, как рассказывают некоторые водители скорой, иной раз пытаются проучить, подрезая и притормаживая перед автомобилем с мигалками только потому, что им не понравилось, что он их обогнал.

Однако, по мнению нашего эксперта, в большинстве случаев ДТП было бы избежать, если бы водители спецтранспорта сами соблюдали правила. Каковы же это правила?

В соответствии с п. 3.2 ПДД РФ «при приближении транспортного средства с включённым проблесковым маячком синего цвета и специальным звуковым сигналом водители обязаны уступить дорогу для обеспечения беспрепятственного проезда указанного транспортного средства».

Согласно п. 1.2 ПДД РФ требование «уступить дорогу» означает, что «участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость». 

Нарушение водителем п. 3.2 ПДД РФ влечёт привлечение к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.17 КоАП РФ (штраф 500 рублей или лишение прав от 1 до 3 месяцев). 

Обязанности водителей спецтранспорта

Согласно п. 3.1 ПДД РФ водители транспортных средств с включённым проблесковым маячком синего цвета, выполняя неотложное служебное задание, могут отступать от требований основных пунктов правил дорожного движения (кроме сигналов регулировщика) при условии обеспечения безопасности движения.

Особо обратим внимание на словосочетание «выполняя неотложное служебное задание». Конечно, обычному автомобилисту неведомо, какое задание выполняла машина с мигалкой. Но, к примеру, при расследовании дел о подобных ДТП очень часто выясняется, что никакого неотложного задания вовсе не было.

Николай Киселёв привёл в пример дело пятилетней давности, когда попавший в ДТП водитель полицейского УАЗа объяснял, что неотложным служебным заданием был устный приказ начальника отогнать машину на ремонт.  

В том же п. 3.1 ПДД РФ говорится следующее: «Для получения преимущества перед другими участниками движения водители таких транспортных средств должны включить проблесковый маячок синего цвета и специальный звуковой сигнал. Воспользоваться приоритетом они могут только убедившись, что им уступают дорогу».

Это требование очень часто нарушают, констатирует Николай Киселёв.

— Спецтранспорт порой сам провоцирует ДТП: включают только «люстры» и только на перекрёстках, чтобы побыстрее проскочить, — поясняет эксперт. – Или включают спецсигнал за мгновение до того, как развернуться через две сплошные.

Очень часто для автомобилистов это бывает неожиданностью и они вынуждены прибегать к экстренному торможению. Хотя по правилам водитель спецтранспорта, включив спецсигналы, перед совершением какого-либо маневра, должен дать возможность автомобилистам заметить его и самому убедиться, что ему уступают дорогу.

До недавнего времени в России действовал приказ МВД РФ № 210 от 23.03.1999 года, утвердивший инструкцию по применению спецсигналов.

Там, в частности, было прописано, что специальный световой сигнал должен быть включён вообще на всём пути следования автомобиля.

То есть, как только неотложка выезжает на вызов из ворот подстанции скорой помощи или патрульный автомобиль полиции стартует на спецзадание от райотдела, мигалку нужно включать сразу, а не при приближении к перекрёстку или светофору. 

Правда, в мае 2015 года вышеописанный приказ отменили. Возможно, потому что им часто пользовались автомобилисты, защищающие свои права в спорных ДТП со спецтранспортом.

Как не оказаться без вины виноватым при ДТП со спецтранспортом?   

Увы, даже если обычный автомобилист не нарушал ПДД, доказать свою вину в случае аварии со спецтранспортом крайне сложно, констатирует Николай Киселёв. Часто в таких ДТП именно в этом месте «по роковому стечению обстоятельств» уличные видеокамеры оказываются отключёнными, а свидетелей, которые могли бы дать показания, что полицейский автомобиль нарушил правила, днём с огнём не сыщешь. 

Согласно п. 2.5.4.3.3 Приложения 6 технического регламента «О безопасности колёсных транспортных средств» уровень звукового давления специального звукового сигнала должен составлять не менее 116 децибел.

Для сравнения, звук мощностью 130 децибел – болевой порог для человека. Не услышать 116 децибел даже с закрытыми окнами – невозможно.

А без включения специального звукового сигнала автомобили спецслужб, как мы уже разобрались, преимущества не имеют.

— Поэтому,даже если инспекторы ДПС и свидетели утверждают, что специальный звуковой сигнал был включён, а на вашей записи с видеорегистратора его просто не слышно, ходатайствуйте о проведении экспертизы, — даёт совет Николай Киселёв. – Нет ничего проще поставить автомобили на соответствующем записи расстоянии, включить сирену и записать её звук на видеорегистратор.

Подробнее о проблеме аварийности с автомобилями спецслужб, а также о том, какие новшества произошли для воронежских автомобилистов с начала 2019 года, смотрите в 25-м выпуске программы «Право руля с Николаем Киселёвым».  

Источник: https://moe-online.ru/news/pomozhem-razobratsya/1030355

Право-online
Добавить комментарий