Можно ли жить дома, если пребывание в колонии заменили на принудительные работы?

Осужденные работают в исправительном центре в Георгиевске: вместо колонии

Можно ли жить дома, если пребывание в колонии заменили на принудительные работы?

1″, “wrapAround”: true, “fullscreen”: true, “imagesLoaded”: true, “lazyLoad”: true }>

Внутренняя территория

© пресс-служба УФСИН

Внутренняя территория

© пресс-служба УФСИН

Внутренняя территория

12 марта – День сотрудников уголовно-исполнительной системы. Он отмечался во всех учреждениях УФСИН Ставрополья, сотрудники получали благодарности, звания, почетные грамоты.

А пресс-служба ведомства снабдила журналистов итоговым списком достижений за минувший год.

Есть среди них и исправительный центр № 1, который введен в строй после капитального ремонта девяти зданий, относившихся прежде к Георгиевской воспитательной колонии. Давайте присмотримся к достижению поближе.

Итак, на Ставрополье появился исправительный центр № 1.

Что как бы подразумевает, что он только первая ласточка, за которой на светлом небе пенитенциарной системы России и отдельно взятого Ставрополья появятся стаи таких ласточек, призванных продемонстрировать приверженность нашей страны к европейским и общечеловеческим ценностям, гуманизации уголовного наказания и т. д. и т. п. Давайте присмотримся повнимательнее к этой первой птичке.

Оговорюсь сразу, те проблемы, которые, как мне кажется, сопровождает появление таких центров, не решаются на уровне краевой пенитенциарной системы. Ставропольчане как раз делают все, чтобы центр стал по-настоящему нужным и полезным.

Параллели для истории

– Принудительные работы были включены в Уголовный кодекс РФ (это статьи 44 и 53.1 ), – рассказывает адвокат краевой адвокатской палаты Дмитрий Игнатьев, – в качестве одного из видов наказания 7 декабря 2011 года.

Начать его применять планировали в 2013 году, но в связи с неготовностью уголовно-исполнительной системы введение в действие было отсрочено до 2014 года.

Но этого не произошло, а в сентябре 2013 года появилась информация о том, что Минюст РФ готовит законопроект о переносе сроков теперь уже в связи с нехваткой денег на создание исправительных центров. Применение принудительных работ было отложено до 1 января 2017 года.

И вот свершилось. К началу 2017 года были созданы первые четыре исправительных центра – в Ставропольском и Приморском краях, а также в Тамбовской и Тюменской областях. При действующих исправительных колониях было организовано еще семь изолированных участков, которые также работают как исправительные центры. Общий лимит наполнения – 896 осужденных.

Что же представляют из себя принудительные работы?

– Принудительные работы, – разъясняет Д.

Игнатьев, – вид уголовного наказания, связанный с привлечением осужденного к оплачиваемому труду в местах, определяемых органами уголовно-исполнительной системы, с вычетом из его заработной платы части заработанных денег.

От исправительных работ принудительные отличаются тем, что осужденные проживают на территории исправительного центра, а не по месту постоянного жительства. А в отличие от обязательных принудительные работы оплачиваются.

Для людей старшего возраста ассоциации с так называемой «химией», существовавшей в советское время, неизбежны. Тогда «химиков» выводили на работы, пусть и на опасных и вредных производствах, но труд не был безвозмездным.

Так что это альтернатива лишению свободы, правда, при небольших сроках наказания – от двух месяцев до пяти лет – за совершение преступлений небольшой или средней тяжести либо за совершение тяжкого преступления впервые.

Еще проще, исправительный центр – это что-то вроде колонии облегченного типа: вместо камеры и отряда общежитие-гостиница, но с ограничениями, определенными государством для проживающих.

В таком центре осужденный находится хоть и под надзором, но не под стражей.

– Этот вид наказания выгодно отличается тем, что все-таки это не изоляция людей, пусть и оступившихся, от общества. Принудительные работы и пребывание в исправительных центрах, несмотря на их название, можно сравнить с работой вахтовиков, которые работают вдали от дома, проживая в общежитиях, – считает заместитель директора Федеральной службы исполнения наказаний России Валерий Максименко.

И отпуск тоже

Первым начал работать именно наш, ставропольский центр.

– Мы зарегистрировались, – рассказывает начальник центра майор внутренней службы Сергей Гладких, – 22 декабря прошлого года. И уже после новогодних праздников были готовы принять первых осужденных. «Пионером» стал парень из Дагестана. Нужно отметить, что за нашим центром закреплены два федеральных округа – Южный и Северо-Кавказский.

А для первого осужденного, прибывшего в Ставропольский исправительный центр, вопреки расхожему мнению, пребывание в нем стало не нижней ступенькой наказания, а наоборот. Злоумышленник за употребление и хранение наркотических веществ был приговорен к штрафу, но не платил его.

Суд заменил наказание на более суровое – исправительные работы. Парень и здесь нарушал. Суд по представлению уголовно-исполнительной инспекции отправил его на 25 дней принудительных работ в Ставропольский исправительный центр. Трудился в Георгиевском МУП ЖКХ – убирал, мел, мусор собирал.

Наказание, кстати, уже отбыл и уехал на родину.

Страдал не особо. Вообще, при таком виде отбывания наказания ограничений в правах в сравнении с обычным гражданином, скажем прямо, немного. Но они есть.

– Осужденные не могут самостоятельно выбирать работу, – продолжает С. Гладких, – не могут уволиться или поменять работу, не могут без разрешения администрации покинуть исправительный центр. Других ограничений нет.

А после отбытия одной трети срока наказания, если не было нарушений, осужденному могут разрешить жить за пределами центра с семьей, но в пределах муниципального образования, где находится исправительный центр. Они могут пользоваться мобильными телефонами и Интернетом, что запрещено в исправительных колониях и тюрьмах.

Осужденные получают зарплату, из которой по решению суда в доход государства удерживается от 5 до 20 процентов. У них есть право на оплачиваемый отпуск – 18 рабочих дней – после первых шести месяцев работы. Проводить этот отпуск за пределами исправительного центра разрешается только осужденным, не имеющим взысканий.

На них распространяются все положения социального, пенсионного законодательства, в том числе Трудового кодекса.

– А если обитатель центра заболеет, кто его будет лечить?

– Обычные врачи по обычному медицинскому полису.

– А сходить в кино они могут?

– Могут и в кино, и в магазин. Одежду и питание осужденные себе покупают сами. Для выхода в город нужно не иметь нареканий и написать заявление.

– А кто оплачивает банкет? Кто финансирует недешевое, скажем, содержание в исправительных центрах?

– Осужденный ежемесячно возмещает расходы на оплату ком-мунально-бытовых услуг и содержание имущества.

– А если у него нет денег?

– И нет одежды, и не на что купить еду… Вы это имели в виду? Тогда мы обеспечиваем его всем необходимым – одеждой и питанием за счет государства.

В исправительном центре преступнику предоставляются спальное место, постельные принадлежности. Норма жилой площади на человека – не менее четырех метров.

Первое, что мы делаем по прибытии осужденного, немедленно его трудоустраиваем. Иначе откуда удерживать затраченные государством средства на его содержание?

Реальность для виноватых

Сейчас в Георгиевском центре находятся всего шесть осужденных, а рассчитан он на проживание 144 человек. Мало? Безусловно, мало. А здесь работают 19 сотрудников, 16 из которых аттестованы. Однако специалисты пенитенциарной системы убеждены, что центр в самом скором времени будет заполнен.

Сергей Гладких склонен объяснять такой расклад сложностями начального этапа. А руководство Федеральной службы исполнения наказаний приводит Ставрополье как пример, где исполняется практически 100 процентов приговоров к принудительным работам. Все – это шесть имеющихся в наличии.

Но это уже вопрос к судебной системе.

Впрочем, некоторые эксперты считают, что 19 человек персонала на 200 осужденных (такой расклад, судя по всему, будет во всех исправительных центрах России) мало. Ведь им предстоит и способствовать трудоустройству, и организовывать досуг, и воспитательные мероприятия проводить.

Все нынешние постояльцы трудоустроены. Женщина работает в системе общественного питания, двое мужчин в ЖКХ, еще двое – в ДРСУ. Прибывший недавно новичок тоже пойдет трудиться в систему жилищно-коммунального хозяйства.

С работой проблем нет и не будет, убежден начальник центра.

Есть предварительные договоренности о трудоустройстве в ООО «Ставсталь», ООО «Краснокумский кирпичный завод», ГУП «Минераловодское ДРСУ», ОАО «Хлебокомбинат Георгиевский».

Будущее для новшества

Возникает вопрос: насколько широко может применяться такой вид наказаний, как принудительные работы? Уже объявлено, что к концу 2018 года планируется построить еще семь исправительных центров и восемь спецучастков в колониях общей вместимостью чуть более тысячи человек.

К 2020 году, по планам властей, общая численность осужденных к наказаниям, не связанным с изоляцией от общества, составит 200 тысяч человек.

А значит, сетует генеральный директор благотворительного фонда «Попечитель», член общественного совета при ФСИН Елена Зеленова, в исправительных центрах может быстро возникнуть дефицит свободных мест.

Планы и опасения, на мой взгляд, одинаково выстроены на зыбучем песке предложений, потому что правоприменительная практика отсутствует напрочь, и далеко не ясно, как часто суды будут выносить такие приговоры.

Конечно, общая тенденция в судопроизводстве провозглашена, понятна и прозрачна – как можно меньше приговоров, связанных с лишением свободы.

Но декларация и реалии судебной практики, как говорится, это две большие разницы.

Есть и еще одно но, с которым активно выступают правозащитники. Та же Е. Зеленова опасается, что «они (центры. – В. Л.) могут превратиться в заведения для блатных осужденных». Такого же мнения придерживается и ставропольский правозащитник Александр Горшенин.

– Создание таких облегченных условий для преступников, – говорит он, – с моей точки зрения, недопустимо.

Но раз такое решение приняло государство, нужно сосредоточить усилия на общественном контроле, кто в них будет попадать – блатные с большими деньгами или действительно люди, впервые оступившиеся и осужденные за нетяжкие преступления. Пока же решение принимает один судья, а это значит, что сомнения остаются.

С этой позицией можно спорить, можно соглашаться. Но такое мнение есть, и игнорировать его вряд ли стоит.

Отмечу еще один несомненный плюс исправительных центров. Пока, правда, гипотетический. Введение нового типа уголовного наказания может положительно отразиться на российской культуре. Наша страна не первая в мире по количеству заключенных на душу населения. Вторая. После США.

А это, помимо всего прочего, привело к огромному влиянию уголовщины не только на повсе-дневную жизнь, но и на культуру народов страны в целом. Кажется, Виктор Пелевин говорил, что современный русский менталитет пронизан тюремным кодексом чести. Тюремный сленг, кодекс поведения тюрьмы-ссылки знают все, и дети в том числе.

Исправительные центры УФСИН, по идее, станут границей отделения условий в них для осужденных от «зоны» в сегодняшнем ее понимании.

Валентина ЛЕЗВИНА

Источник: https://stapravda.ru/20170317/osuzhdennye_rabotayut_v_ispravitelnom_tsentre_v_georgievske_vmes_101445.html

Дополнительный прием на принудительные работы

Можно ли жить дома, если пребывание в колонии заменили на принудительные работы?

ФСИН России открывает дополнительные центры принудительных работ для исполнения нового вида наказания, которое применяется с этого года. К концу 2018 года количество мест для приговоренных к принудительным работам должно увеличиться вдвое и составить 5 тысяч.

Осужденным подыскивают рабочие места в госкомпаниях: Минюст РФ разработал законопроект о квотировании. Между тем практика уже обозначила проблемы применения этого вида наказания.

В частности, иностранцы, направленные в исправительные центры, не могут приступить к работе из-за необходимости получать трудовые патенты.

Вчера правительство России издало распоряжение об открытии новых четырех исправительных центров для принудительных работ в Челябинске, Оренбурге, Волгограде и Костроме. Об этом на круглом столе в Федеральной службе исполнения наказаний (ФСИН) РФ сообщил начальник управления организации исполнения наказаний, не связанных с изоляцией от общества ведомства Евгений Лукьянец.

Центры — это общежития с особым режимом, куда приговоренные должны возвращаться на ночлег с работы. Новый вид наказания применяется с 1 января 2017 года, тогда же заработали четыре первых центра — в Ставропольском и Приморском краях, в Тамбовской и Тюменской областях и семь участков при колониях на 896 человек.

В начале осени открылись два участка в Кировской и Свердловской областях. К концу этого года планируется ввести в эксплуатацию еще два центра в Якутии и Татарстане, а также шесть участков при исправительных учреждениях в Адыгее, Алтайском и Красноярском краях, Пензенской, Иркутской и Нижегородской областях.

«В 2018 году планируется открыть еще восемь исправительных центров в Ингушетии, Чечне, Кабардино-Балкарии, Удмуртии, Курганской, Ленинградской, Новгородской и Тульской областях, а также 38 участков при колониях»,— указал господин Лукьянец. К концу 2018 года исправительные центры смогут принять свыше 5000 осужденных.

Так как центры появятся в большинстве регионов, то суды смогут более активно применять новый вид наказания, считают во ФСИН. Москва получит свой центр в 2019 году — на 200 мест на территории Капотни.

По словам господина Лукьянца, сейчас в центрах находятся 417 осужденных. Большинство из них осуждены за кражу, нарушение ПДД, неуплату алиментов и незаконный оборот наркотиков.

Более чем половине из осужденных судьи назначили сроки от двух месяцев до года, еще 182 осужденных — до трех лет, десяти осужденным — свыше трех лет. Как отметил господин Лукьянец, еще 124 человека сняты с учета: одни уже освободились, другие отказались работать и переведены в колонии.

Один человек погиб: был сбит на пешеходном переходе. В среднем осужденные получают зарплату от 8 тыс. до 15–20 тыс. руб. в месяц.

Первые десять месяцев работы выявили ряд проблем, признают в ведомстве: оказалось, что нельзя официально трудоустроить осужденных иностранцев.

Они обязаны иметь трудовой патент, но закон запрещает выдавать его осужденным. Сейчас в исправительных центрах живут четыре иностранца, в том числе граждане Таджикистана и Украины.

Сотрудники ФСИН подали в суд документы об изменении им наказания на лишение свободы.

Трудоустройство оказалось самым сложным, признают в ведомстве. Много сил приходится тратить на «маргинальных осужденных» — утративших социальные связи, нигде ранее не работавших. «Их надо подготовить к работе, провести медосмотр.

Мы их практически учим жить»,— говорит господин Лукьянец. Проблемой, по его словам, оказались квалификация осужденных и состояние их здоровья: «В Ставропольском крае работу предлагают кирпичный завод, завод минеральных вод, хлебокомбинат. Зарплата хорошая, но осужденные не подходят.

Остается лишь ЖКХ: метлу в руки — и вся специализация».

Представитель Генпрокуратуры Сергей Попков отметил, что участками в колониях руководят начальники колоний: «Это неправильно, так мы дойдем до того, что исправительные центры станут частью колоний».

Минюст пока готовит ряд поправок к законодательству. В частности, ведомство требует выравнять условия содержания в исправительных центрах и в колониях-поселениях, смягчив режим в центрах.

Сейчас, например, отпуск по неотложным причинам в колонии-поселении составляет семь дней, а в центре — только пять.

Планируется также отменить конвоирование осужденных к общежитиям, но при этом закрепить возможность отправлять нарушителей режима центров в колонии.

ФСИН намерена добиться введения для осужденных к принудительным работам квот рабочих мест в организациях, на которые могут оказывать влияние государственные компании. Это позволит отправлять осужденных на длительный срок в отдаленные регионы, размещая их на объектах, принадлежащих организациям.

Минюст уже разработал законопроекты о внесении соответствующих изменений в УК и УИК РФ. Ряд компаний ждет этих изменений, чтобы рассмотреть предложение ФСИН: так, о сотрудничестве со ФСИН уже заявило ОАО РЖД.

«Компания заинтересована в работе осужденных,— заявил на круглом столе замначальника департамента управления персоналом ОАО РЖД Николай Захаров.— Мы по многим регионам, особенно на Дальнем Востоке, испытываем дефицит ресурсов». Компания даже готова обучать работников.

Господин Зайцев отметил проблему, которую необходимо еще решить: многие объекты РЖД имеют особые категории доступа, и осужденным туда будет закрыт доступ. «Надо также продумать, чем мы можем заинтересовать и частный бизнес»,— добавил представитель Минюста РФ Федор Ручкин.

Анастасия Курилова

Источник: https://www.kommersant.ru/doc/3468875

Фсин одолжит заключенных бизнесу

Можно ли жить дома, если пребывание в колонии заменили на принудительные работы?

10.09.2019 20:32:00

В России появятся “частные колонии” для принудительных работ

Тюремное ведомство обещает держать под контролем ситуацию в «коммерческих» местах заключения. Фото с сайта www.fsin.su

С января 2020 года приговоренные к принудительным работам граждане смогут отбывать их на «гражданских» предприятиях любой формы собственности.

Ряд экспертов и правозащитников высказали «НГ» сомнения в законности данной новации, которую пролоббировала Федеральная служба исполнения наказаний (ФСИН). Есть опасения, что общественный контроль за такими «частными колониями» будет осложнен.

Это значит, что там возможны и рабские условия труда, и коррупция, и создание воровских иерархий.

Как указывает ФСИН, к принудительным работам суды приговаривают граждан все чаще. Если в начале этого года количество осужденных, отправленных в исправительные центры, составляло 1,1 тыс. человек, то сейчас их численность превысила 3 тыс. Этот рост объясняется изменениями в законодательстве, которые позволяют заменять неотбытую часть наказания принудительными работами.

При этом само ведомство постоянно рапортует о нехватке кадров и средств для организации такого труда осужденных.

Поэтому очередные поправки в закон разрешили тюремщикам договариваться об этом с предпринимателями.

И со следующего года любая компания сможет открывать на своей территории как бы филиалы – официально участки – исправительных центров, где будут жить и работать приговоренные к принудительному труду.

Члену Адвокатской палаты Москвы Александру Иноядову это вообще-то напомнило бывшую советскую практику исправительно-трудовых колоний, где заключенные трудились в интересах народного хозяйства.

Сейчас же бизнесмены должны будут обеспечивать «одолженных» им несвободных трудящихся спальными местами в общежитии, выделять автотранспорт для их перевозки, оказывать «содействие» в материально-бытовом и медико-санитарном обеспечении, предоставлять отпуска, вносить записи в трудовую книжку и т.д. Уровень заработка граждан, пояснил Иноядов, станут определять хозяева «частной колонии». В договоре между учреждением ФСИН и конкретной компанией будет прописываться лишь общая сумма. Впрочем, нижняя планка определена – не менее одного МРОТа, то есть примерно 11 тыс. руб. ежемесячно. Кстати, большая часть этого заработка, как и полагается по закону, будет уходить в доход государства.

Адвокат юркомпании BMS Law Firm Татьяна Пашкевич считает: плюс в том, что эта инициатива позволит судам чаще применять данное наказание как альтернативу лишению свободы. На этом все плюсы, пожалуй, и заканчиваются, подчеркнула эксперт. Дальше начинаются многочисленные сопутствующие риски.

Например, осужденный не сможет отказаться от предложенного ему места исполнения наказания в виде принудительных работ, а значит, их придется отбывать в тех условиях, которые организует компания, «какими бы плохими они ни были». Не исключены и злоупотребления в виде, скажем, принуждения к переработкам.

Еще один минус, подчеркнула Пашкевич, кроется в отсутствии каких-либо критериев для определения уровня оплаты труда – нарисовать смогут любую цифру. С другой стороны, у самой организации могут возникнуть серьезные сложности.

По словам Пашкевич, проект ФСИН предполагает, что компания, взявшая на работу осужденных, уже не сможет от них отказаться даже в случае саботажа.

Как пояснил «НГ» основатель соцсети Gulagu.net Владимир Осечкин, внедрение альтернативных видов наказания должно производиться в соответствии с Европейской конвенцией по правам человека. Он напомнил, что принудительный труд запрещен как международными пактами, так и Конституцией РФ.

Это значит, что осужденные должны как минимум иметь возможность и право выбора места работы. «Пока я не вижу перспектив благоприятного развития этого направления.

Есть опасность, что все это превратится в «частные гулаги», где почти бесплатной рабсилой станут пользоваться те фирмы, у которых есть знакомства с генералами ФСИН», – заявил Осечкин.

«Государство будет платить за размещение заключенных, а предприниматели будут конкурировать за государственные контракты.

А охранять их могут как сотрудники ФСИН по типу вневедомственной охраны в частном бизнесе, так и сотрудники охранных организаций, нанятые руководством «частной» тюрьмы», – рассказал «НГ» адвокат Андрей Лисов.

Теоретически, считает он, идея хорошая, недаром привлечение бизнеса к трудотерапии осужденных активно реализуется за рубежом, в том числе в США. Однако в нынешних условиях, полагает Лисов, коммерческие исправительные центры могут стать местом для пребывания богатых осужденных.

«Даже в системе ФСИН – централизованной силовой структуре – очень сложно навести порядок», – напомнил эксперт. Частные же учреждения могут оказаться неподконтрольными государству: «В лучшем случае там будут просто за деньги создавать льготные условия для осужденных, а в худшем – они превратятся в штаб-квартиры криминальных авторитетов».

Адвокат, старший партнер Адвокатской конторы «Бородин и партнеры» Михаил Чечеткин считает, что сама по себе инициатива правильная, а вот ее реализация оставляет желать лучшего.

«Без злоупотреблений с чьей-либо стороны такая конструкция представляется экономически нежизнеспособной – слишком большие затраты необходимо нести при постоянном повышенном контроле», – заявил он.

Между тем с учетом большой доли серой занятости и среднего размера зарплаты в регионах дешевле будет нанять на работу человека неофициально – и не нести расходы, предусмотренные на участках исправительных центов.

То есть выгода для бизнеса в этой идее не прослеживается. Как отметил Чечеткин, буквально на днях во ФСИН сообщили, что регионы, где пока нет исправительных центров, приходится буквально упрашивать об их создании. 

Источник: http://www.ng.ru/politics/2019-09-10/3_7672_prisoner.html

Закон о зачете срока в СИЗО: как он будет работать | ОВД-Инфо

Можно ли жить дома, если пребывание в колонии заменили на принудительные работы?

Владимир Путин подписал закон, который приравнивает один день в СИЗО к полутора в колонии общего режима. От внесения законопроекта до принятия прошло 10 лет. По одной из версий, нововведениям сопротивлялся СКР.

День в СИЗО за полтора в колонии — только одно из нововведений в сфере расчета времени, которое люди проводят за решеткой до приговора.

Разбираем, как новый закон будет работать и кого из политзаключенных он может коснуться.

Условия содержания под стражей не должны быть строже наказания, которое может назначить суд — такова позиция Европейского суда по правам человека. Еще в 2008 году это было указано в пояснительной записке к законопроекту.

В СИЗО более жесткие условия, чем в колонии общего режима или колонии-поселении. В колонии человек много времени проводит на свежем воздухе, может работать, учиться. В СИЗО, не считая короткой прогулки в небольшом дворике, человек находится в замкнутом пространстве.

В соответствии с законодательством, предварительное следствие должно проходить в течение двух месяцев, но есть много возможностей его продлевать — до года и больше. Когда следствие закончено и прокуратура утвердила обвинение, дело передают в суд — он тоже может растянуться на месяцы. Все это время арестованного могут держать в СИЗО.

В пояснительной записке говорится также об «отсутствии в настоящее время возможности» привести условия в СИЗО в соответствие с международными стандартами. Это проблема актуальна и сейчас, так что «льготный» зачет проведенного в СИЗО времени — это и форма компенсации людям за содержание в ненадлежащих условиях.

К чему новый закон приведет?

Покажет только практика. Во ФСИН надеются, что он поможет разгрузить СИЗО, во многих из которых «перелимит» — то есть содержится заключенных больше нормы. Правозащитники надеются, что следователи будут меньше держать людей за решеткой до суда.

Но среди силовиков есть мнение, что, наоборот, многие будут пытаться как можно дольше оставаться в СИЗО: сидеть там придется меньше, чем в колонии общего режима или колонии-поселении. В любом случае, предполагается, что, благодаря новому закону, примерно ста тысячам заключенных уменьшат сроки.

Это главная причина его поддержки со стороны правозащитников.

Кто будет производить перерасчет сроков?

Суды. Направлять материалы в суды обязаны администрации исправительных учреждений. Это стандартная процедура при смягчении законодательства.

Закон обязывает ФСИН пересчитать сроки отбывающим наказание в колониях-поселениях в течение трех месяцев, а в колониях общего режима — в течение шести.

Если суд не уведомили об осужденном, которому должны пересчитать срок наказания, заключенный сам может обратиться в суд.

Как будет происходить зачет проведенного под стражей времени?

Закон предусматривает сложную, но четкую систему зачета времени. Речь идет о перезачете времени, проведенном не только в СИЗО, но и, например, в ИВС до помещения в следственный изолятор.

Один день под стражей будет равен:

  • 3 дням исправительных работ и ограничения по военной службе;
  • 2 дням в колонии-поселении, ограничения свободы, принудительных работ и ареста;
  • 1,5 дням в дисциплинарной воинской части, воспитательной колонии и колонии общего режима;
  • 1 дню в тюрьме, колонии особого или строгого режимов;
  • 8 часам обязательных работ.

В колониях строгого режима и тюрьмах сидят осужденные рецидив, за тяжкие и особо тяжкие преступления, предусматривающие максимальное наказание от десяти лет. В колониях особого режима — осужденные на пожизненное лишение свободы. Правда, за примерное поведение у заключенных даже по особо тяжким статьям есть возможность оказаться в колонии-поселении.

Кому не пересчитают сроки?

  • Осужденным за рецидив преступления;
  • Приговоренным к смертной казни — если исключительную меру заменили на пожизненное заключение или 25 лет лишения свободы. С 1996 года в России действует мораторий на смертную казнь.

Осужденным по статьям:

  • О терроризме, содействии терроризму, призывах к терроризму, прохождении обучения для совершения терактов, участии в террористическом сообществе или организации, акте международного терроризма;
  • О захвате заложника организованной группой, либо повлекшим смерть человека, а также об угоне воздушного судна, сопряженном с террористической деятельностью.
  • О незаконном производстве, сбыте или пересылке наркотиков, а также приобретении, хранении, перевозке, изготовлении, переработке наркотиков в крупном и особо крупном размерах.
  • О хищении или вымогательстве наркотиков
  • О госизмене и шпионаже, посягательстве на жизнь государственного и общественного деятеля, насильственном захвате власти, вооруженном мятеже, а также нападении на лиц и учреждения, пользующихся международной защитой.

Кто из-за нового закона будет сидеть дольше?

Положение некоторых осужденных новый закон ухудшил. Во-первых, он приравнял два дня под домашним арестом к дню нахождения под стражей и лишения свободы. Раньше день под стражей считался за день дома взаперти.

Во-вторых, «время течет» по формуле один к одному для осужденных, попавших в колониях в ШИЗО или помещение камерного типа. Практика показывает, что назначения дисциплинарных взысканий заключенным — которые и приводят в изоляторы — оспорить фактически невозможно.

Есть много примеров, когда заключенным через суд по инициативе тюремщиков ужесточают условия содержания: например, с поселения на общий режим или с общего на строгий. Такие меры применяли к антифашисту Алексею Сутуге, националисту Игорю Стенину и другим политзаключенным.

И это тоже фактически невозможно оспорить. Если раньше это вело к ухудшению условий отсидки, теперь будет вести к тому, что «неугодные» заключенные будут сидеть еще и дольше, чем могли бы.

Кто из политзаключенных освободится раньше?

«Благодаря» приведенным выше исключениям, пересчет срока заключения не коснется фигурантов многих резонансных дел: например, режиссера Олега Сенцова, правозащитника Оюба Титиева (когда и если он будет осужден), фигурантов дела «Сети» (когда и если они будут осуждены) и многих дел против сторонников «Хизб Ут-Тахрир».

Из людей, внесенных в базу политических преследований Politpressing.org, по подсчетам ОВД-Инфо, срок заключения могут сократить примерно полутора десяткам человек.

Среди тех, кто может выйти раньше, — журналист Александр Соколов, националист Дмитрий Демушкин, а также осужденные якобы за применение насилия к правоохранителям в Москве на несогласованной акции 26 марта 2017 года.

Источник: https://ovdinfo.org/articles/2018/07/07/zakon-o-zachete-sroka-v-sizo-kak-budet-rabotat

Право-online
Добавить комментарий